Почему Православие есть истинная религия? | Протоиерей Артемий Владимиров
Думаю, что сегодня нашу передачу смотрят совершенно разные люди. Есть и те, кто держит над собой зеленое знамя ислама. Может быть, сам он не магометанин, но зато его мама, Зульфия Ибрагимовна, говорит сыну: «Женишься на русской — прощу, только если украдешь её, завяжешь ей глаза и увезешь в дагестанский аул, а там уж мы поработаем с контингентом».
Может быть, смотрят сегодня нашу передачу какие-нибудь неоязычники, и дом их заставлен изображениями Стрибога, Даждьбога, так что у младенцев сон пропадает. Проснешься, посмотришь на эти личики — холодным потом от ужаса обольешься.
И поэтому наша разношерстная аудитория тотчас навострит ушки: что скажет батюшка? Почему Православие — истинная религия? Да потому, что самое главное в нашей жизни — соединиться с истиной, быть от истины, частичкой истины. Самое главное — войти в сродство с Тем, Кто сотворил небо и землю, Кто пришел в этот мир, в котором человеческий род погибал от бесчисленных войн, насилия, разврата, растления, и не просто научил нас жить по-человечески, но еще и инъецировал, вдохнул в наши изнемогающие сердца божественную силу. Так, чтобы не завидовать, не обижаться, не впадать в уныние, не обуреваться тщеславием, не превращаться в Плюшкина, Скуперфильда (простите, что говорю о страшных предметах на ночь глядя), но и в пожилые годы жить радостно, мирно, никого не обижая, никому не досаждая.
Пришел в этот мир Тот, Кто даровал нам, возвратил нам понятие о душевной и телесной чистоте, о благородстве, жертвенности, долге, ответственности, о мудрости, и благоволил самые наши сердца сделать Своим престолом. Вот и рассудите: где она, истинная религия?
Там, где вооруженный до зубов — здесь автомат Калашникова, купленный, конечно, перекупленный, здесь кинжал, здесь какой-нибудь пояс, напичканный иголками, гвоздями… И вот этот вооруженный до зубов персонаж женского пола, взрывая себя в автобусе Москва — Тула (не приведи Господь), напичкав предварительно себя легкими или совсем не легкими наркотиками, полагает, что там за эти деяния ждет душу райское блаженство. Блаженство да такое, что, вы знаете, уши завянут у человека, скажем, всю жизнь остававшегося верным своей половине. Представление о том, что там за гробом тебя будет утешать топ-модели, которых на земле даже аравийский шейх купить не мог, и всё это миллион лет… И потом даже не знаешь, в какой диспансер обращаться, потому что болезни неизбежны вследствие половой распущенности за гробом.
Истинная религия — это, конечно, такая вера, которая дана нам Самим Создателем. Из Его рук мы приняли учение веры и верности Богу. И тот, кто Ему следует, действительно освобождается от томящих душу болезненных неестественных желаний: переесть, изменить при удобном и даже неудобном случае, от какой-то депрессии, уныния, отчаяния, озлобленности на мир, а главное — томящей гордости: «Я существо исключительное, вы все предо мной как двуногие тараканы».
Вот от этих-то страстей и избавляет нас истинная вера в истинного Бога, Который являет нам торжество распятой и воскресшей любви. Действительно, когда взираешь на Спасителя, вознесенного на Крест, когда приступаешь к этому Древу Жизни и срываешь с него сладкие плоды таинств Матери Церкви, когда ты приобщаешься и словом, и делом божественной благодати, струящейся из уст, из рук Христа Спасителя, из Его прободенного ребра — тут уж не до шуток. Потому что вывести человека из-под гнета страстей, освободить от насилия демонов, которые даже спать не дают зачастую всякими кошмариками, будоража наше сознание, помочь тебе избавиться от наркотической зависимости, от курения — перейти сначала на леденцы, потом на лимонад, а потом стать здоровым нравственно свободным человеком — безусловно, такие чудеса может совершать с нами по нашему произволению и желанию только Бог.
А мне на это скажут: «А почему Православие?» У нас в здании общественной бани организует так называемую Церковь Новая Роса, и там на сцене молодежь пляшет тип-топ и поет на мотив советских песен «А я иду, шагаю по Москве» какие-то религиозные гимны: «Иисус, Спаситель мой родной, Тебя, Тебя люблю». И часами они там вот так вот радеют и выходят совершенно счастливые, так что и правила уличного движения не соблюдают, и есть уже не хотят. Но и во сне у них ручки и ножки дёргаются, как у собачонки под влиянием каких-ных животных рефлексов.
Дело в том, что Христову веру не так просто познать и сохранить, как это кажется с первого взгляда. И если от Матери Церкви — Святой Соборной Апостольской Православной Церкви — в течение столетий отпадали засохшие ветви, обреченные на огонь, то только потому, что искажали вероучительный источник христианства. А этот источник называется Божие Откровение. И у этого источника два рукава, две реки: Священное Предание и Священное Писание.
Несчастные западные христиане исказили Священное Писание, не стали понимать правильно Предание, и получился у них Римский Папа, который-де преемник Петра, одного из двенадцати апостолов. А Петр, по их суемудренному учению — абсолютный лидер среди апостолов, которому подчинены и Иоанн Богослов, и евангелист Матфей, и евангелист Лука. И выходит, что Папа, преемник Петра, имеет главенство над всей Церковью, и нет ему равных во всей Вселенной, но он простирает свою доминанту, свой приоритет и обладание на все поместные церкви — и повелитель, и господин, и властелин. Из такого искажения учения Ватикана получилась трагедия, что поместные церкви (римская в том числе) отошли от спасительного единства со вселенской церковью.
А дальше — больше. XVI век, Лютер Мартин, немецкий монах. Богу обещал свое девство, посвятив себя монашеским подвигам, а затем женился на монашенке. От этого двойного прелюбодеяния, неверности, родился протестантизм. И стал дробиться: кальвинизм, последователи Меланхтона, пресвитериане, баптисты, анабаптисты, адвентисты, иже несть числа.
Так что сегодня кто только не говорит о Христе. Но благодать Духа Святого имеет надежду в себе обрести христианин, который блюдет в целостности и Предание, и понимает разумно Священное Писание. А хранит их таковыми Мать Церковь, которая от первого столетия по двадцать первое как корабль непотопляемый бороздит воды житейского моря. Так что мы с вами, может быть, гораздо менее талантливы, чем другие народы, царства, государства, являемся наследниками и преемниками наших отцов и дедов: Александра Невского, Александра Васильевича Суворова, митрополита Филарета, Александра Сергеевича Пушкина.
Поэтому с детства или в зрелом возрасте, будучи крещены, даст Бог, сейчас и к исповеди, к причастию будем приступать с верой и любовью, и Дух Божий станет очищать, освящать наши умы и сердца. Так что каждый внимательный христианин будет иметь в душе внутреннее удостоверение, что он от истины, он причастен истине. И что из этого? Шапкозакидательское настроение, осуждение тех, кто заблуждается? Ничего подобного. Чем более ты в истине, тем более у тебя любви и сострадания к человеческому роду. Чем ты ближе к Богу, тем повышается чувство ответственности за судьбы мира, и тем строже Бог с тебя спрашивает. Вот почему с нас, батюшек, и вообще духовенства Православной Церкви сейчас, во втором десятилетии XXI века, самый большой спрос.
Я хочу сам кинуть камень в наш огород, вспомнить слова святого Иоанна Кронштадтского, который говорил: «Если бы мы, православные священники, были теми, кем нам должно быть, сатане было бы нечего делать в наших городах». Очень надеемся, что Москва, столица нашей родины, вскоре станет образцовым городом не только по чистоте улиц, но и общественной нравственности. Мы дадим наш ответ Чемберлену, напишем письмо турецкому султану. Многочисленные охотники до гей-парадов могут их справлять в Кроманьонской впадине — там для них уже приготовлена площадка. Либо пусть отправляются в голом виде на остров Шпицберген, дабы тамошние белые медведи разжились мясцом, а то ведь сейчас кризис и не хватает натуральных продуктов.
